Танзания

Танзания, июнь-июль месяц, 2012 года.

Совсем недавно я летел из Бразилии, был я там, на открытии телеканала, где меня спросили: зачем я езжу в Африку? Ну, я сказал, что помогаю строить школы и церкви, провожу евангельские программы. Меня спрашивают, участвую ли я сам в евангельских программах, на что я сказал, , что у меня есть диплом юриста, я учился на фотографа, но воспитанником семинарии не был, поэтому не могу проповедовать. Почему же нет, сказали мне, если есть талант, знание Библии, то всему можно научиться, Бог свыше даёт больше, чем мы себе могли бы представить. И вот мы летим в самолёте, с моими товарищами, Вячеславом Демьяном и Виктором Владимировичем, которые меня заверяли, объясняли и учили, что я бы смог проповедовать. Но таковым было их видение, а я об этом долго молился…

И вот, наступил день, когда я уже не в Чехии, а мои ноги стоят на земле Танзании.

В этой стране, я ещё никогда не был, меня сразу поразила красота здешней природы – бескрайняя степь, с нагроможденными валунами, экзотические деревья, растения и фрукты.

В первый раз, я увидел, как растут бататы (африканский сладкий картофель). Это был удивительный картофель, толстый куст, как дерево, уходящий корнями в землю, где и поспевают сами клубни.

Я увидал папайю, достаточно было влезть на дерево и сорвать её.

Вот растут, вроде бы бананы, но на двух с виду одинаковых деревьях, разные виды. Одни, которые мы с вами все знаем и употребляем в сыром виде, сладкие и ароматные, а другие, бананы маток, которые в сыром виде для пищи не пригодны, и используются, как гарнир для различных блюд,

своего рода, местная картошка, их варят, жарят, тушат, из них даже делают хлеб. А в жаркую погоду, здесь обычно, можно охладиться свежевыжатым соком сахарного тростника. Я видел слонов, жирафов,

огромные термитники, деревья, кроны которых, достигая 3-4 метров, разрастаются плоским широким зонтом, укрывая в своей тени обитателей дикой саванны. Много гиен и шакалов, диких кошек,

зебр, буйволов и львов. 

Оказалось, что к диким слонам приближаться небезопасно, поэтому, если вблизи нас находился слон, то мы тут же садились в машину и уезжали.

Стаи фламинго, ярко-розовым ковром окаймляют берега, они спускаются и поднимаются вдоль береговой линии, создавая причудливые живые узоры из различных оттенков пурпурной окраски – красота невероятная!

Местные женщины, как и повсюду в Африке, работают на поле, носят овощи, на рынок для продажи, хворост, воду, - иногда за много километров - в тазу на голове.

Вот лодка, сделанная из коры дерева,

люди приходят к реке, чтобы помыть посуду. В этой же реке можно часто встретить крокодилов. 

Побывали мы в каменном карьере, где работали только дети и женщины, которые, используя примитивные инструменты, без каких-либо средств защиты, вручную кололи камни.

Пастор Дмитрий, решил попробовать разбить один такой камень, наши проводники, увидав, что ему это не удаётся, специально подбросили, такие, что он смог разбить. За тяжёлую работу, в раскалённом каменном карьере, люди получают мизерную оплату. В перерывах между работой, дети играют мячом, набитым рваными тряпками и в распространённую, здесь игру,

катание при помощи рук или палки, старых шин от велосипеда.

Наркотики здесь, практически в каждом доме, многие их продают и используют сами.

Когда мы в первый раз поехали в исламскую часть страны на автобусе, нам сказали, что люди, исповедующие ислам и христиане, ездят в разных автобусах.

И вот мы начали строительство церкви, при этом помогали нам на строительстве мусульмане.

Вот беременная женщина-мусульманка, за спиной у неё ещё ребёнок,

вот человек, которого укусила змея, и ему отрезали руку, чтобы не пошло заражение,

удивительные люди, которых я никогда не забуду. В самый разгар строительства нас приглашал к себе губернатор, на фотографиях, можно увидеть, как он живёт.

С утра до вечера мы с Дмитрием Викторовичем были на строительстве, по вечерам мы тут же вели программу, и здесь же ночевали.

И вот первые углы, 

раствор для кладки кирпича под расшивку,

женщины носят воду, канистры, как и везде в Африке, одинаковые, поставляются из Китая.

Мы раздавали им конфеты, они нам свежий кокос.

У нас был очень хороший переводчик, студент Алекс, который проходит обучение в Украине и Даниил, который обучался в Харькове, в советское время.

Когда церковь, почти была готова,

Даниил сказал, что вокруг такого красивого молитвенного дома, хорошо бы было посадить пальмы. И мы высадили там четыре дерева.

Вместо окон, поставили бетонные перегородки, а на доме выгравировали табличку, с именами людей, которые пожертвовали средства на эту церковь.

Евангельскую программу, мы проводили в мусульманской части страны. И вот вышел к нам, местный шейх, зовут его Омар,

и говорит: Василий, а зачем ты здесь?  Можете себе представить, ну зачем я там, что я там делаю?

Приезжаем мы в небольшую деревушку Лукенге, где программу доверили проводить мне,

но так как делал я это впервые и переживал, как всё пройдёт, то попросил друзей, чтобы она была небольшая.

В деревне электричества нет, мы подключили генератор,

поставили колонки, но на программу пришло всего несколько детей.

Во время программы, про себя думаю: почему же люди не приходят, может, потому, что я веду её в первый раз, наверное, надо отсюда уходить? Но на следующий день, людей приходит больше, дети приводят родителей,

мы поём гимны,

раздаём тетрадки.

И вот уже приходят мусульмане, и шейх Омар, который спрашивал, зачем я здесь. А поскольку, я здесь, значит, Богу так было угодно, и он послал меня с этой миссией.

Я сказал, что хотел бы сделать для них, что-то нужное. И тогда шейх Омар сказал, что у них большая проблема с водой. Вода в реке, откуда местные берут воду, опасна для жизни, примерно каждый второй ребёнок умирает от болезней, связанных с отсутствием доступа к безопасной питьевой воде. Кроме этого к нам присоединились врачи из столицы, которые сказали, что раз «белые люди» сюда приехали, то смогут нам помочь. И они хотели, чтобы мы построили для них колодец.

Я предполагал, что мы будем строить здесь школу, но как оказалось, школы тут государственные, и было решено строить колодец. Я думал, что работа наша упрощается, но не тут-то было! Оказывается в этом месте, под землёй только песок, копать вручную не идёт, яма начнёт осыпаться и работу придётся делать заново. Но мы узнали, от них, что выход есть, что существуют люди, которые этим занимаются.

И тогда мы решили, что сможем им помочь. И пришёл человек, который долго ломал ветки деревьев, определяя, таким образом, где же копать колодец. И оказалось, что колодец можно копать, недалеко от церкви, что мы построили, прямо на нашем участке. Приехала специальная установка,

чтобы бурить скважину, и в продолжении четырнадцати дней, люди крутили колесо,

постепенно увеличивая в диаметре трубку в земле. И вот на глубине 18 метров, оказалась вода.

На церемонию открытия приехал губернатор, приехал имам, самые известные люди, этого края, бизнесмены.

И мне рассказывают такую историю, что их предки молились 300 лет, прося у Аллаха, чтобы здесь была вода, но такого чуда они не ожидали. Они сказали, что мы те самые, «белые люди», о которых написано в Коране, и которые принесли людям чистую воду. Мы не знали, что же будет дальше, что ждёт этот край, но мы хотели сделать для этих людей, воду.  Так завязался разговор и наша дружба. И теперь, с утра до вечера люди приходили с вёдрами, чтобы набрать чистой питьевой воды.

Когда я вспоминаю эту деревушку, передо мной всегда предстаёт картина, как еду я в машине, а за мной  разноцветной толпой, точно мозаикой, рассыпанной в беспорядке, бежит детвора и кричит: «Василий, Ва-а-асилий!».

Мы ходили с ними хороводами, делали зарядку, проводили программы о здоровом образе жизни, о гигиене.

Познакомились с местными племенами масаев. Это были не те масаи, которых мы встречали в Национальном парке Серенгети, а настоящие кочевые племена,

правда, за годы урбанизации, создания национальных заповедников, места доступные для кочёвок, здесь заметно сократились, многие ведут полукочевой образ жизни. Когда в Серенгети мы хотели с ними сфотографироваться, они просили за это 20 долларов, но здешние масаи, поначалу даже боялись нас, и не шли на контакт.

Но, впоследствии, оказались очень милыми, добрыми и гостеприимными людьми.

Когда дикие племена масаев, привыкли к нашему появлению, они стали приглашать нас в свои хижины,

мы были очень удивлены, когда увидели у них мобильные телефоны. Можно было только догадываться, для чего им они, когда поблизости нет источника электроснабжения. На пятый день, моего визита, масаи подарили мне ягнёнка. Разумеется, я не стал им объяснять, что являюсь вегетарианцем, они всё равно этого бы, не поняли и обиделись, поэтому я принял их дар. Каждый вечер они носили мне молоко, которое я тоже отдавал другим людям.

С моим коллегой Дмитрием Викторовичем, мы встречались, только утром и вечером, каждый из нас проводил программу в разных местах.

Наши врачи, тоже довольно успешно проводили обследование,

встречали мы здесь детей-альбиносов.

Дети здесь ходят с мачетами.

Очень много детей, которые просто поцарапались, в рану попадает инфекция, и ребёнок умирает от заражения.

Оказалось, что здесь есть не только государственные школы, но и больницы, причём больницы довольно сносные. Вот на табличке в больнице написаны десять болезней, которыми чаще всего здесь болеют,

а вот родильная палата,

комната матери с новорожденным ребёнком,

тут и медицинские препараты. Когда мы заканчивали программу, то все лекарства, что привезли с собой, отдали в больницу.

В один день шейх Омар пришёл к нам и пригласил нас в мечеть. Надо сказать, если не мусульмане заходят в мечеть для диалога, который приведет к лучшему взаимопониманию, то это приветствуется и поощряется. Но поначалу мы даже немного испугались, подумав, что нас, там, наверное, убьют.

Около мечети, был колодец, оказалось мусульманам уже копали его, но только воды в нём никогда не было. В тот момент я подумал, что и в колодце, который мы выкопали, тоже со временем, может не стать воды. Но как в последствие оказалось, – все работает до сих пор, вот фотография, сделанная и присланная нам, спустя два года. А пока, убравшись в мусульманские одежды, мы идём в мечеть.

Поначалу и христиане, и мусульмане были против, чтобы мы туда шли. Но когда мы проповедовали, как из Корана, так и из Библии – это были незабываемые минуты в моей жизни!

Я фотографировал людей, нас даже впустили в женскую половину мечети, конечно, будь мы в Ираке или Иране, то там мужчина не может зайти на женскую половину, и специальные люди за этим строго следят.

Надо отметить, что нравы в Танзании, более демократичны. Но всё, конечно, зависит от конкретного человека, от его религиозности, от семейных традиций, порядков, устоев. Так что если вы встретите здесь девушку в джинсах и футболке, то это ещё не означает, что она точно христианка.

И вот долгожданный день, крещение. Я навсегда запомню шейха Омара, который стоял вдали и смотрел, на эту церемонию.

В тот момент, шейх понимал, что если он примет крещение, то от мечети здесь не останется и следа, но подойдя ко мне, он спросил: не мог бы я подарить ему Библию. Вспоминая этот день, эти встречи я хочу вернуться туда снова…